Главная|О редакции|
Издания
|Опросы|Информация |Реклама|Подписка|Вакансии|Партнёры|Контакты

Публикации

Варвары с футбольных трибун

Тема насилия и футбольного хулиганства в современных условиях приобрела особую актуальность. С некоторого времени разрозненные поклонники команд, привыкшие доказывать превосходство своего клуба над другими с помощью кулаков, кастетов и арматуры, объединились и стали представлять грозную силу, а значит, ещё большую опасность как для отдельно взятого гражданина, так и для всего общества.

Околофутбольная атмосфера

Проблема, связанная с футбольным хулиганством, в очередной раз подтвердила свою актуальность на Чемпионате Европы 2016 года во Франции. Там 11 июня во время матча Россия – Англия, проходившем на марсельском стадионе «Велодром», на российской фанатской трибуне были зажжены несколько файеров, а в сторону поля выпущены два заряда из ракетницы. После финального свистка часть фанатов, прорвав оцепление стюардов, атаковала сектор с английскими болельщиками. Затем стычки продолжились за пределами стадиона. В итоге 34 человека получили травмы, один из британских фанатов скончался в больнице.

В пользу того, что потасовку на трибунах «Велодрома» затеяли не болельщики-любители, свидетельствовало заявление представителя прокуратуры Марселя, в котором говорилось: в беспорядках со стороны россиян участвовало около 150 «хорошо подготовленных хулиганов». Наблюдатели, в частности, отмечали отличное взаимодействие нападавших, решительность и умение вовремя отойти, что в целом характеризовало их организованность. При этом местная полиция не сумела задержать никого из участников потасовки. В руки стражей порядка попали лишь два человека, выбежавших на поле.

В дальнейшем по итогам марсельских событий были задержаны 43 российских болельщика. Трое из них предстали перед судом и за участие в беспорядках были приговорены к 1, 1,5 и 2 годам заключения. 20 других фанатов из России по решению местных властей были выдворены за пределы Франции.

Спустя четыре дня полиция города Лилля задержала и поместила под стражу ещё двух российских болельщиков, а также двух футбольных фанатов из Украины.

У последних при задержании нашли оружие.

В конечном счёте, футбольный праздник оказался омрачён неприятным инцидентом, по итогам разбирательства которого Союз европейских футбольных ассоциаций (УЕФА) оштрафовал Российский футбольный союз на 150 тысяч евро, вынеся условную дисквалификацию сборной страны. И это событие не лучшим образом сказалось на репутации российского футбола.

Впрочем, справедливости ради надо отметить, что околофутбольная атмосфера «Евро-2016» в целом была достаточно нервной. Российские болельщики были далеко не единственными участниками массовых драк и беспорядков. На улицах французских городов немецкие фанаты бились с украинскими, французы – с хорватами и турками, поляки – с североирландцами, англичане – с французами. Одним словом, местная полиция без работы не осталась.

Обособленный мир

Образ футбольного фаната, который сформировался на территории постсоветского пространства во многом благодаря средствам массовой информации, имеет ярко выраженную негативную окраску. И для людей, далёких от футбола, слова «фанат» и «хулиган» – практически синонимы.

Вообще же фанат, сокращённое от фанатик, в переводе с греческого – «слепая вера». Фанатом называют человека, испытывающего крайне преувеличенное, чрезмерное влечение к определённому объекту.

Между тем далеко не каждого человека, пришедшего на матч и использующего атрибутику того или иного спортивного клуба, можно причислить к фанатам. Как правило, бóльшая часть присутствующих на трибуне – обычные болельщики. Их на сленге называют «кузьмичами».

К фанатам же относятся те, кто состоит в неформальных группировках, организованно и активно поддерживает команду, причём не только на домашних матчах, но и на выездных. Эти люди, в свою очередь, делятся на две группы: ультрас – болеющие за свою команду с трибун с использованием баннеров, флагов, барабанного боя, скандирования, хорового пения, хулиганы (хулсы) – специализирующиеся на силовом противостоянии с фанатами футбольных клубов-соперников. Последняя категория является самой проблемной в околофутбольном мире, причиняющей массу хлопот правоохранительным органам.

В целом же футбольный фанатизм – это жёсткая молодёжная субкультура, одним из главных элементов которой стало насилие. Ультрас и хулсы одной команды вполне органично уживаются как на трибунах стадиона, так и вне спортивных сооружений. Тем более что первые нередко нуждаются в поддержке вторых, обеспечивающих защиту от агрессивных представителей команды-оппонента.

Хулиганство в фанатской среде постепенно превратилось в своего рода спорт. И подход к этой деятельности стал основательным. Достаточно сказать, что большинство хулсов имеют хорошие физические данные, плюс к этому – тренируются в спортивных залах, совершенствуя бойцовскую форму. Среди хулиганского актива не редкость наличие профессиональных спортсменов-единоборцев, в том числе инструкторов и даже мастеров спорта.

Идеология фанатизма максимально проста: поддерживать свою команду и чётко себе представлять, кто твои враги, а кто друзья. С друзьями нужно дружишь, с врагами – воевать. Вот, собственно, и вся нехитрая философия.

Однако было бы ошибочно полагать, что единственными отличительными чертами фанатского движения являются поддержка любимой команды на трибуне во время матчей и драки между хулиганскими группировками. Современный фанатизм – это целый культурный пласт со своим фольклором, печатными изданиями, стилем одежды и даже с собственным языком, на котором, кстати, говорят миллионы граждан на всём пространстве СНГ.

Рождённые на трибунах

История фанатского движения берет начало в конце XIX века, когда в Англии, благодаря принятию строгих правил, довольно травмоопасная средневековая игра превратилась в тот самый футбол, который впоследствии получил признание во всём мире. И когда этот вид спортивных состязаний ещё только приобретал популярность, поклонники команд и сами футболисты после окончания игры уже нередко сходились стенка на стенку.

Первый документально зафиксированный случай массового насилия, спровоцированного футбольными хулиганами, датирован 1920 годом. Тогда в Италии в конце матча между командами Виареджо и Линкеса полиция попыталась навести порядок при помощи огнестрельного оружия. Шальной пулей был убит судья матча. Буйство болельщиков вылилось за пределы стадиона и привело к беспорядкам и вандализму.

Другую европейскую страну, Югославию, в 1950-х годах буквально захлестнула волна футбольного насилия, получившего название Zuism (с сербохорватского – «тяга к убийству»). Иногда в подобных инцидентах участвовали целые толпы болельщиков, вооружённых ножами, арматурой и цепями.

В том виде, в котором футбольное хулиганство существует сегодня, оно окончательно оформилось в Англии к середине 1960-х годов. Предшествовал этому сложный период развития страны, выразившийся в системном кризисе. Молодёжь окраин крупных городов не имела работы, достаточного образования, средств на проведения досуга, а главное – она была лишена жизненных перспектив. Всё это грозило мощным социальным взрывом.

Британская правящая элита, имевшая огромный опыт разрешения социальных конфликтов, быстро нашла выход из ситуации. Она обеспечила незанятую молодёжь пособием по безработице, а в виде досуга предложила доступный и зрелищный футбол. Так оказались решены сразу две задачи: первая – имперские принципы «хлеба и зрелищ» и «разделяй и властвуй» были успешно внедрены в среду рабочего класса, вторая – молодёжное движение оказалось раздроблено на группы приверженцев разных футбольных клубов.

Но всё возрастающий азарт болельщиков постепенно трансформировался в агрессию, которая приобрела лавинообразный характер. И уже в середине 1960-х годов трибуны английских стадионов примерно на 60–70% состояли из тех, кто отождествлял себя с футбольным насилием.

Массовые побоища и погромы превратились в настоящее стихийное бедствие. В потасовках порой участвовало более семи тысяч хулиганов.

В значительной мере ситуацию усугубило телевидение, помимо самой игры демонстрировавшее и массовые драки с участием болельщиков. Это не только воодушевляло и поощряло хулиганов, но явилось сильным средством общественной огласки их действий, саморекламы и запугивания населения.

Показателен один из радиорепортажей, в котором ведущий со свойственным ему английским юмором произнёс следующее: «К сожалению, сегодняшняя игра между «Ливерпулем» и «Челси» была омрачена безобразнейшей дракой на трибунах, которая стала подлинным украшением матча». Эта фраза широко разошлась по всей Великобритании и сразу же перешла в разряд крылатых.

В ответ на разгул «спортивных варваров» государство прибегло к решительным контрмерам. Власти незамедлительно ужесточили законы, в результате действия которых одни хулиганы оказались в тюрьме, другие – получили пожизненный запрет на посещение футбольных матчей, третьи – попали на особый полицейский учёт. А после того как стадионы оборудовали камерами видеонаблюдения, английские фанаты вообще были вынуждены перенести свои силовые акции за границы Британии.

Так «метастазы» новой молодёжной субкультуры распространились сначала в Европе, а потом и на других континентах.

Бои местного значения

Во второй половине 1970-х годов движение фанатов стало набирать силу в СССР. «Пионером» советского футбольного фанатизма принято считать московский «Спартак». Именно его болельщик в 1972 году впервые появился на трибуне с красно-белым шарфом (классическая раскраска формы футболистов и эмблемы спартаковского общества). Далее начала оформляться группа организованной поддержки команды, появилась первая атрибутика в виде полосатых шарфов, шапок, флагов и т.д.

Чуть позже, примерно с 1976 года, образовались «армейское» и «динамовское» фан-движения. В 1980-м появились группы поддержки у московского «Торпедо», ленинградского «Зенита», а через год – у столичного «Локомотива». Затем культ футбольных болельщиков распространился по всей многонациональной стране.

Власти относились к новому неформальному молодёжному движению достаточно настороженно, так как усматривали в нём «идеологически вредное» влияние Запада. И в этом отчасти была своя правда, потому что многие составляющие новой субкультуры являлись калькой с английских первоисточников.

К началу 1980-х руководство союзного МВД и КГБ осознало, что в стране появилась хорошо организованная активная прослойка общества, лишённая влияния и контроля со стороны власти. К тому же участие фанатов в драках позволяло причислить их к деструктивным элементам и начать борьбу с ними. Но «закручивание гаек» ничуть не повлияло на выбор молодых болельщиков, видящих в футболе средство выражения своей индивидуальности.

Притеснения фанатов продолжались до очередного «потепления» политического режима в период перестройки. Тогда, с одной стороны, милиция ослабила хватку, с другой – все неформальные движения, включая фанатов, попали в поле зрения СМИ. Быть свободолюбивым болельщиком стало модно. Тем более что страна переживала новый виток интереса к игре. И это духоподъёмное настроение сказывалось на результатах. Так, Кубок обладателей кубков УЕФА в 1975 и 1986 годах остался за киевским «Динамо», а в 1981 году его выиграло тбилисское «Динамо». Также настоящим подарком для любителей спорта стало завоевание сборной СССР по футболу чемпионского титула на Олимпийских играх в Сеуле в 1988 году.

В это время, освободившись от давления властей, фанаты получили возможность свободно перенимать различные заграничные футбольные обычаи и подражать любой фан-культуре, прежде всего английской. Но наряду с футбольными песнями, речёвками и сленгом на советскую почву перекочевали и хулиганские традиции.

В перестроечные годы отношения между фанатами советских футбольных команд уже сформировались. Так что противостояние в спорте начало проецироваться на противоборство завсегдатаев трибун. Появилась вражда и, соответственно, агрессия в отношениях между болельщиками определённых команд.

Самая жёсткая конфронтация отмечалась между фанатами московских клубов «Спартак» и ЦСКА. Врагами киевского «Динамо» стали все московские команды и одноклубники из Минска. Болельщики вильнюсского «Жальгириса» не жаловали москвичей. Фанаты днепропетровского «Днепра» и львовских «Карпат» конфликтовали с группами поддержки донецкого «Шахтёра», харьковского «Металлиста» и одесского «Черноморца». Одним словом, мир футбола для фанатов был разделён на друзей и врагов, последних при этом было значительно больше.

Знаковым событием стало происшествие, датированное 20 сентября 1987 года. В Киев на игру местного «Динамо» и московского «Спартака» приехало около 500 столичных ультрас. После матча разъярённые киевские фанаты (одной из причин был проигрыш «Динамо» 0:1) отправились на железнодорожный вокзал, где на перроне произошла массовая драка, в которой принимали участие около тысячи человек. В этом хаосе травмы получили даже игроки «Спартака»: Хидиятуллин, Дасаев и Родионов. В поезде «Киев – Москва» были выбиты почти все стёкла, и только поздно вечером сотрудникам милиции с трудом удалось эвакуировать московских гостей из столицы Украины.

Эти массовые беспорядки, к которым местные органы внутренних дел оказались не готовы, вызвали широкий общественный резонанс. И процесс, что называется, пошёл: околофутбольные баталии разгорелись по всей стране.

А спустя три года советские фанаты впервые показали себя за границей. В Праге после матча между «Спартаком» и местной «Спартой» московские болельщики спровоцировали в центре города беспорядки, закончившиеся массовой дракой с группой поддержки команды-соперницы.

Этот нелицеприятный эпизод был одним из последних в истории советского футбола. После того как СССР 26 декабря 1991 года прекратил своё существование, сильные футбольные команды оказались разделены государственными границами. И при этом каждый отдельно взятый чемпионат, проводимый уже в независимых государствах постсоветского пространства, оказался менее зрелищен. Не удивительно, что интерес народа к футболу стал угасать, и фанатское движение автоматически пошло на спад.

Эффект цепной реакции

На территории Содружества Независимых Государств, образованного после распада Советского Союза, о футбольном фанатизме заговорили после 1994 года. Особенно он окреп и заметно трансформировался в России.

Стоило возобновиться давней вражде болельщиков «Спартака» и ЦСКА, как футбольный фанатизм обрёл второе дыхание. И ультрас других команд по примеру родоначальников отечественного движения вновь стали сплачиваться. Причём характерным для нового времени стало создание околофутбольных хулиганских группировок со своими названиями, символикой и чёткой внутренней иерархией. Они стали называть себя «фирмами» и представляли собой хорошо организованные мобильные молодёжные объединения, запрограммированные на бои с болельщиками других команд.

Так появились фанатские группировки, заявившие о себе как о силовой поддержке любимого футбольного клуба. К сторонникам «Спартака» причислила себя «фирма» Fratria, объединившая сразу несколько групп: Flint's сrew («Бригада Флинта»), Union («Союз»), Gladiators («Гладиаторы») и другие. К ЦСКА примкнули бригады Red-Blue Warriors («Красно-синие воины»), «Ярославка», Kids («Дети»), Gallants steeds («Галантные жеребцы»). К питерскому «Зениту» себя приписали группировки «Коалиция», Z-44, Snake city firm («Городская группировка змей»). За «Динамо» встали Blue white dynamite («Бело-голубой динамит»), Patriots («Патриоты»), Capitals («Столичные»), за «Локомотив» – Red Green Vikings («Красно-зелёные викинги») и Mad Dobermans («Бешеные доберманы»). Другими словами, с названием практически каждой команды Российской футбольной Премьер-Лиги оказалась связана та или иная хулиганская «фирма».

Большинство фанатов по понятным причинам сконцентрировались в Москве. Но назвать их точное количество невозможно. По данным правоохранительных органов, в столице сегодня насчитывается до 50 тысяч ультрас, хотя сами неформалы заявляют, что их вдвое больше.

Как бы там ни было, численность одних только околофутбольных «фирм» уже заставляет задуматься. Только у московского «Спартака» насчитывается 17 фанатских группировок различной степени активности, у ЦСКА – 9, у московского «Динамо» – 6, у «Локомотива» – 4, у «Торпедо» – 3. И это не считая небольших районных объединений.

Свою дурную славу «фирмы» начали приобретать с момента создания. Именно с их появлением связан расцвет хулиганской составляющей футбольного фанатизма, а также массовость и особая жестокость столкновений на стадионах.

Пик фанатского насилия пришёлся на вторую половину 1990-х годов. И первой «эпохальной» сшибкой считается драка фанатов ЦСКА и «Спартака», состоявшаяся 1 марта 1995 года в Москве у станции метро «Сокольники». В ней впервые схлестнулись более 200 участников недавно образованных «фирм» Red-Blue Warriors и Flint's сrew.

И если первая сшибка прошла без информационных последствий, то следующее более массовое побоище между теми же уличными бойцами, произошедшее 14 октября 1995-го на Старом Арбате, вызвало большой общественный резонанс.

После этого силовое противостояние болельщиков на трибунах российских стадионов стало обыденным явлением, и сообщения о массовых драках фанатов начали поступать со всей страны. Информационная волна от них была тем мощнее, чем было больше количество пострадавших. А их число увеличивалось по мере того, как возрастало использование в драках «аргументов». Так называли подручные средства вроде арматуры, цепей, бейсбольных бит, ножей, кастетов и т.д.

«Забивоны» в «русском стиле»

Околофутбольные «фирмы» – это касты, живущие по особым правилам, и случайных людей здесь нет. Для того чтобы попасть в «фирму», человек должен пройти особую проверку. Одна из основных её составляющих – участие в «учебных» (тренировочных) стычках с фанатами команд-оппонентов. Тогда по предварительной договорённости в безлюдном месте сходятся стенка на стенку 10–20 начинающих хулсов, выявляя сильнейших и осуществляя своеобразную «селекцию». Лучшие бойцы претендуют на право зачисления в «фирму».

Отсутствие контактов между фанатами и органами внутренних дел вполне объяснимо: настроенные на противоправную деятельность лица не заинтересованы в том, чтобы стражи порядка узнавали об их только готовящихся или уже прошедших акциях. И как утверждают оперативники, найти информаторов среди фанатов крайне сложно.

К тому же осуществлять контроль за «фирмами» с течением времени стало труднее, потому как если в начале 2000-х выяснение отношений между хулсами разных команд происходило на стадионах, то позже их «боевая» активность переместилась на пустыри и окраины городов, где поблизости нет ни сотрудников полиции, ни камер видеонаблюдения, ни лишних свидетелей.

Сравнительно недавно фанатский сленг обогатился таким термином, как «забивон» или «договорняк», что означает обоюдно спланированный поединок двух фанатских группировок в безлюдном месте.

Драки, как правило, снимаются на мобильный телефон, как свидетельство «боевой доблести» той или иной стороны, а потом с комментариями выкладываются в Интернет. Качество съёмки чаще всего не позволяет идентифицировать участников битвы.

К каждой такой серьёзной сшибке «фирма» привлекает хорошо подготовленных бойцов, причём в первые ряды выставляются самые сильные из них, способные выдержать первый удар. Сама же схватка длится не более 10 минут и завершается тогда, когда либо все единоборцы противника повержены, либо дрогнули и пустились наутёк.

Некогда важным решением лидеров фанатских группировок стал общий отказ от использования в боях с противником «аргументов». Считается, что одним из поворотных моментов, подтолкнувших футбольных хулиганов к наложению табу на применение подручных средств, стала драка между «динамовцами» и «зенитовцами» в Санкт-Петербурге 15 апреля 2000 года, во время которой погиб случайный 15-летний прохожий. Так что примерно с середины 2000-х негласный «кодекс чести» обязывает российских хулсов драться исключительно без «аргументов». Эту практику даже назвали fair play («чистая игра») или «русский стиль». И сегодня, когда представители противоборствующих «фирм» перед дракой поднимают вверх руки, – это не что иное, как демонстрация отсутствия какого-либо оружия.

В отличие от прежних времён победители с поверженными соперниками обходятся «по-джентльменски»: лежачих не добивают, не калечат, более того, поднимают с земли и даже в случае необходимости оказывают первую помощь.

За кулисами футбольного насилия

С течением времени фанаты стали внушительной силой. Но несмотря на то, что при каждом удобном случае они позиционируют себя как аполитичное движение, факты свидетельствуют об обратном.

Первыми интерес к торсиде стали проявлять неофициальные группировки, например, неонацисты. В 1990-е годы в Беларуси, России и Украине наблюдался их симбиоз с футбольными ультрас. Идеология одних не противоречила мировоззрению других. А потому транспаранты на трибунах с такими надписями как “Nazi fans” («Поклонники нацистов»), “White power” («Белая сила») вполне мирно соседствовали с красочными болельщицкими растяжками.

Одной из первых в России политических акций, в которой приняли участие футбольные фанаты разных команд, был их поход к американскому посольству в Москве после начала натовских бомбардировок Белграда весной 1999 года. Тогда около 300 болельщиков «Спартака», ЦСКА, и «Динамо» при поддержке скинхедов, подойдя к зданию американского диппредставительства, закидали его бутылками и яйцами. Так фанаты выразили свою солидарность с населением Сербии. После этого последовали стычки с ОМОНом, в ходе которых толпа была рассеяна.

В последующие годы фанаты отмежевались от неонацистов. Но не зря говорят: если ты не интересуешься политикой, то однажды политика заинтересуется тобой.

Видя в болельщиках сплочённую, закалённую в уличных боях (а значит, весьма полезную) структуру, на контакт с ней стали выходить представители разных политических партий, предлагая сотрудничество и покровительство. И не секрет, что ультрас довольно часто за соответствующую оплату принимали и продолжают принимать участие в некоторых партийных мероприятиях.

Пики политической активности футбольных фанатов на пространстве СНГ были отмечены в России и Украине. Первый из них пришёлся на декабрь 2010-го, когда в Москве при нападении группы выходцев с Северного Кавказа на группу футбольных фанатов погиб 28-летний Егор Свиридов. Необъективное, с точки зрения футбольных болельщиков, расследование этого дела спровоцировало массовые протесты. 11 декабря акция памяти погибшего, начавшаяся на Кронштадтском бульваре, переместилась на Манежную площадь, собрав около шести тысяч человек. В ходе вспыхнувших затем беспорядков фанаты стали избивать случайных прохожих неславянской внешности, зажигать файеры, взрывать петарды, бросать в милиционеров пустые бутылки, куски льда, камни. В результате волнений пострадало более 10 человек, несколько десятков фанатов были задержаны.

Во втором случае, во время политического кризиса в Украине в период с ноября 2013-го по январь 2014-го, футбольные ультрас, курируемые оппозиционно настроенными политиками, активно участвовали в силовом противостоянии со спецподразделениями милиции на центральной площади Киева и в последующем захвате административных зданий. Всё это в конечном итоге привело к смене государственной власти.

Известны истории, когда руками фанатов решалась задача по нанесению бизнес-конкурентам максимального ущерба. Достаточно вспомнить события июня 2002-го, связанные с чемпионатом мира по футболу.

На огромных мониторах, установленных на Манежной площади Москвы, транслировался матч Россия – Япония. Ещё не прозвучал финальный свисток арбитра, а в витрины магазинов чётной стороны Тверской улицы уже полетели заранее заготовленные булыжники и стальные прутья. Позже расследование установит, что у агрессивно настроенных болельщиков был координатор. Он и указывал: какие магазины громить, а какие нет.

Вообще фанаты при любом удобном стечении обстоятельств не упускают случая продемонстрировать свою силу как органам правопорядка, так и общественности, порой создавая своими действиями стрессовую ситуацию внутри страны, а иногда вынося проблему на международный уровень.

Например, неприятный отпечаток на отношения Украины и Беларуси наложил инцидент между фанатами двух стран, произошедший 24 марта 2001 года. Тогда в Киеве около Дворца спорта после отборочного футбольного матча Чемпионата мира – 2002 между сборными Украины и Беларуси столкнулись около 200 болельщиков обеих команд. Драку пришлось разнимать бойцам «Беркута», при этом более 20 человек попали в больницу.

Впечатления от ещё одной международной футбольной встречи между сборными России и Ирландии, проходившей 7 сентября 2002 года в Москве, были испорчены из-за нескольких крупных стычек российских и ирландских фанатов, в результате которых 9 человек с травмами были госпитализированы.

Памятен и хамский поступок российских ультрас летом 2007-го в Загребе, где перед матчем отборочного турнира Чемпионата Европы по футболу 2008 года между сборными России и Хорватии кто-то из гостей сорвал хорватский флаг со здания городской мэрии и повесил вместо него российский.

Взгляд в перспективу

В списке самых буйных фанатов мира пальму первенства держит Польша. За ней следует Англия. Замыкает тройку лидеров Сербия. Из СНГ в первую десятку этого досадного списка вошла лишь Россия, обосновавшаяся на 7 месте. И чтобы «сдать» позиции в указанном рейтинге, каждой отдельно взятой стране нужно будет приложить максимум усилий.

В этом контексте интересен международный опыт. К примеру, на территории практически каждого из европейских государств них создан Национальный (полицейский) футбольный информационный пункт (НФИП). Подобные подразделения связаны в одну большую информационную сеть, собирающую и хранящую обширную базу данных. Эти ресурсы включают в себя характеристики отдельных групп болельщиков, историю вражды между ними, конкретные факты насильственного и расистского поведения, бросания предметов с трибун, употребления и распространения наркотиков, прохода на матчи без билетов, участия в обороте чёрного рынка билетов, использования файеров, пиротехнических изделий, оружия и т.д.

Особое внимание уделяется информации о взаимоотношениях футбольных хулиганов с полицией, их поведению перед, во время и после матчей, связям с криминальными кругами и футбольными «фирмами», их осведомленности о тактике действий полицейских. Передаются также данные о регистрационных номерах транспорта, на котором следуют потенциальные нарушители, времени его отправления и маршрутах передвижения. При этом до футбольных матчей составляются списки людей, которым запрещено посещение спортивных мероприятий.

Интересно, что НФИП могут действовать также и как самостоятельные исследовательские центры по анализу поведения болельщиков и оценке используемых для работы с ними методов и социальных проектов.

На территории СНГ на сегодняшний день имеется лишь два НФИП – в Украине и в России, где в преддверие крупных международных турниров (в 2011 и в 2015 году) на базе МВД была создана служба, получившая функции контроля за ультрас.

В то же время на пространстве Содружества существует свой механизм взаимодействия правоохранительных органов при обеспечении охраны порядка и безопасности при проведении крупных спортивно-массовых мероприятий. Так, на базе Бюро по координации борьбы с организованной преступностью и иными опасными видами преступлений на территории государств – участников СНГ сформирован Специализированный банк данных, в котором имеется раздел, содержащий сведения о членах неформальных объединений болельщиков спортивных команд стран Содружества. Таким образом, осуществляется накопление и последующий обмен между компетентными органами информацией о лицах, склонных к совершению правонарушений в период проведения футбольных матчей.

Однако несмотря на, казалось бы, исчерпывающие меры по поддержанию порядка на стадионах и вне спортивных трибун, количество футбольных хулиганов в той же Европе с течением времени не уменьшается. Так, в Германии число фанатов, склонных к насильственным действиям, выросло с 2 880 человек в 2003 году до 4 269 в 2014-м, несмотря на то, что страна тратит более €108 млн ежегодно на полицейские операции во время футбольных матчей.

Таким образом, можно констатировать, что борьба с хулиганским поведением зрителей во время спортивных мероприятий во всём мире только начинается. И лишний раз это подтвердили устроенные на «Евро-2016» фанатами разных стран беспорядки, которые органы внутренних дел Франции предотвратить не сумели.

Между тем в не таком уж далёком 2018 году Чемпионат мира по футболу, регулярно проводящийся с 1934 года, впервые будет проходить в пределах СНГ, в России. Это масштабное мероприятие накладывает огромную ответственность на правоохранительные органы страны, потому как их главной задачей становится безопасное сопровождение спортивного праздника и недопущение инцидентов с участием агрессивно настроенных ультрас, подобных тем, что произошли в Лиле и в Марселе в июне 2016 года. Околофутбольное насилие не должно выплеснуться на улицы российских городов.

БКБОП
Владимир Патрин 

10.01.2017

партнёры