Главная|О редакции|
Издания
|Опросы|Информация |Реклама|Подписка|Вакансии|Контакты
Слушайте
он-лайн радио
ВКЛЮЧИТЬ
-=Радио Милицейская Волна=-
ГРОМКОСТЬ
35

Публикации

Наталия КОНЕВА: «Отец открыл для меня мир»

В гостях у редакции журнала «Полиция России» Наталия КОНЕВА, дочь дважды Героя Советского Союза Маршала Советского Союза Ивана КОНЕВА.

– Наталия Ивановна, в вашем роду было много военных. А кто-нибудь служил в полиции?

– Папа рассказывал о своём дяде Фёдоре Коневе – младшем унтер-офицере кавалергардского полка императорской гвардии. После возвращения со службы домой он был рекомендован уездным начальством на должность волостного урядника. Фёдор был человеком очень строгим, с тщанием выполнял свои обязанности, считался грозой всех правонарушителей. Отец рассказывал, что у них в доме висела карта с портретами русского царя и японского микадо. Однажды 13-летний школьник Иван Конев выколол им глаза. В этот момент в дом брата зашёл Фёдор. Увидев содеянное племянником, он пришёл в ярость. А заприметив в руках Вани ещё и революционную брошюру, ударил его по лицу. Заявил: «Степан, я эту книжку у вас изымаю. Если твой щенок ещё что-нибудь учинит – узнаю и обоих посажу». Эту сцену и резкий нрав дяди-урядника Иван запомнил навсегда. Но впоследствии вспоминал о его служебном рвении с уважением – Фёдор выполнял свой долг, был предан 

царю и Отечеству до конца. Судьба его сложилась драматично: революцию он не принял и, хотя вёл себя тихо, но по навету был осуждён и умер в тюрьме.

– Как простой деревенский мальчишка стал знаменитым военачальником, обладающим широким кругозором?

– Несмотря на отдалённость от больших городов, в церковно-приходской школе деревни Лодейно был неплохой уровень образования, и учился отец с удовольствием. В земском училище, которое Иван окончил с похвальным листом, учитель привил ему любовь к чтению и подарил, как хорошему ученику, книгу «Ревизор» Гоголя. После призыва в 1916 году в армию, заметив успехи юноши в математике, его определили учиться на унтер-офицерские курсы артиллеристов. Именно тогда он изучил азы военной науки. После революции и демобилизации вернулся в родные края, где принял деятельное участие в создании новых органов власти. Это тоже была важная школа жизни.

Его становление как военачальника пришлось на 20–30-е годы. Отца направили на курсы усовершенствования высшего начальствующего состава Красной армии. Там преподавали военспецы, прошедшие большую армейскую школу. Например, пехотному делу обучал бывший военный министр правительства Керенского профессор Лигнау. Академию имени Фрунзе возглавлял Борис Шапошников, впоследствии Маршал Советского Союза. Этот человек, как рассказывал папа, был ходячей энциклопедией.

– А когда Иван Степанович на практике начал постигать, каково это – быть командиром?

– В Гражданскую вой­ну. Например, на Дальнем Востоке он был комиссаром бронепоезда № 102 под названием «Грозный». Тогда приходилось решать очень нестандартные боевые задачи. Позже отец рассказывал, что в годы Великой Отечественной, когда сталкивался, казалось бы, с непреодолимыми препятствиями, он вспоминал непростой эпизод на Иртыше, когда бойцы, железнодорожники и жители окрестных деревень за сутки совершили подвиг – укрепили хрупкую ледяную переправу. Благодаря этому бронепоезд смог переправиться на другой берег.

Интересно, что в 1968 году отец был главным военным консультантом при создании фильма режиссёра Василия Ордынского «Красная площадь», повествующего о рождении и становлении Красной армии. В картине играли звёзды советского кино: командира бронепоезда – Вячеслав Шалевич, комиссара – Станислав Любшин, а героиню, которую любили оба эти красавца, – Валентина Малявина. Сергею Никоненко очень точно удалось воплотить образ революционного матроса-балтийца. Папа говорил, что Любшин с его светлыми ясными глазами напоминал о его молодости.

– Маршал Конев во время Великой Отечественной войны командовал войсками пяти фронтов. Какое испытание для Ивана Степановича было самым тяжёлым?

– Думаю, лёгких операций не было. Под его командованием находились сотни тысяч человек. Он решал стратегические задачи в Европе после войны. У меня есть черновик его беседы, когда один французский журналист поинтересовался, какая битва, с точки зрения маршала, является белым пятном в истории войны. Папа ответил: «Смоленское оборонительное сражение». В той кровопролитнейшей битве он командовал 19-й армией. А самым трудным и драматическим моментом в войне он всегда называл оборону Москвы.

– Каким был у отца самый радостный день войны – последний?

– Он рассказывал, что слушал доклад о взятии Праги и сообщение о завершении войны на передовом командном пункте, вместе со многими соратниками. Гремели салюты. Потом был товарищеский ужин, на нём все много и с особым чувством пели. Но больше всего запомнилось ему ощущение природы. Весна в разгаре, всё благоухало, обильно цвела сирень. Возникло чувство, будто заново увидел природу. В дневнике мамы я нашла одну запись, где она, как любящий человек, тонко уловила его состояние, которое отец старался не показывать. Она пишет, что впервые за всю войну его глаза увлажнились. И строчки песни «Праздник со слезами на глазах» я воспринимаю как метафору, исполненную глубокого смысла.

– Не так давно выведен новый сорт сирени «Маршал Конев». Говорят, это был любимый цветок Ивана Степановича. Не потому ли, что он связан с воспоминаниями о победной весне?

– Отец любил вспоминать, что в Европе 1945 года сирень распустилась особенно бурно. Пражане преподносили букеты советским солдатам-освободителям, бросали цветы на броню танков, украшали сиренью балконы. На многих памятных фотографиях тех дней отец держит в руках букет любимой сирени. Такие же из дачного сада каждой весной стояли в вазах в нашем доме. А его друг маршал Константин Рокоссовский, зная об этом, подарил в день папиного юбилея в 1967 году корзину с кустом белоснежной сирени. Мы её высадили на нашей госдаче.

– Каким был послевоенный Конев?

– Для меня существуют две его ипостаси: молодой, энергичный, молодцеватый, подтянутый; таким я его вижу в кадрах на параде Победы на Красной площади. И есть совершенно другой – в гражданском костюме, мудрый, волевой и в то же время очень сдержанный человек. Мне кажется, портрет, который сделал Евгений Вучетич, замечательно запечатлел те свойства, которые были в отце в уже зрелом возрасте. Он открыл для меня мир, многие вещи я постигала как бы его глазами, посредством его участия, его опыта.

– Много ли вас собиралось за семейным столом?

– Семья у нас была маленькая – три человека. С моей мамой, Антониной Васильевной, отец встретился в 1942 году на фронте. Она ушла воевать добровольцем, ей было чуть более восемнадцати. К тому времени с первой женой, Анной Ефимовной, отец уже разошёлся. Папа был старше мамы на 25 лет. Чувство доверия и симпатии возникло сразу, как мне рассказывали родители. Они прожили вместе 31 год. Мама мне всегда говорила, что её покорила в нём необыкновенная сила и уверенность. Действительно, с ним мы ощущали себя как за каменной стеной.

По выходным или на праздники на дачу, где отец жил в последнее время, обычно съезжалось много родственников. Дети от первого брака – сестра Майя, её муж, дочка, иногда приезжали брат, невестка, вторая внучка. Собиралась этакая орда Коневых. Мы очень дружны и сейчас. И во многом это папина заслуга.

Он всегда требовал, чтобы к обеду никто не опаздывал. Ровно в три часа мы собирались за огромным столом. Каждый делился чем-то своим, слушал отцовские рассказы. У него была сильная энергетика, харизма, а также проницательность и потрясающая интуиция. Каждый, кто появлялся в доме, сразу же попадал под магию его личности. Когда он выступал на публике или что-то рассказывал за столом, все взгляды притягивались к нему.

– Иван Степанович оставался маршалом и в семье?

– По характеру отец был достаточно строгим и требовательным. Но это являлось, скорее, желанием того, чтобы все домашние умели делать дело. Я ему, например, за это безумно признательна. Он страшно не любил барства. Растягивая слова, говорил: «Ну, ба-ры-ня». Полагал, что это нормальное состояние – трудиться, накапливать знания. Строгость, безусловно, была, потому что он, как военный до мозга костей человек, любил организованность. Не терпел в людях расхлябанность и необязательность. Сам практически никогда не опаздывал. Всегда был собран к моменту приезда служебной машины. И дома оставался подтянутым, элегантным. Всегда выбрит, в свежей рубашке, удобная домашняя обувь, хорошо подогнанный домашний костюм или уютный свитер с брюками.

Семья – это место отдыха. Но всё же тихой гаванью она не была. Иван Степанович был радушным хозяином. Очень любил, когда приезжали интересные люди. В нашем доме бывали писатели Константин Симонов, Борис Полевой, Сергей Смирнов, поэт Сергей Орлов, который горел в танке. Вообще, собирались неординарные, яркие люди – журналисты, актёры, режиссёры, балерины. Хорошо помню те встречи. Мне было всегда очень интересно в их обществе.

– Известно, что министр внутренних дел СССР Николай Щёлоков тоже бывал в вашем доме…

– Да, бывал. Дело в том, что на фронте Николай Анисимович служил в войсках, которыми командовал мой отец. И ещё при жизни папы он приезжал к нему, они долго беседовали. Папа относился к Щёлокову с уважением, как к боевому командиру. У них было общее понимание роли защитника Отечества, бережное отношение к мирной жизни. Когда отец отмечал юбилей, Николай Анисимович привёз ему подарок – точную копию Клодтовского коня каслинского литья, который стоит на Аничковом мосту в Петербурге. Это подарок хранится в нашей семье.

Когда отец умер, мы занялись увековечением его памяти. Активно включился в этот процесс, а решать нужно было массу вопросов, и Николай Щёлоков. Когда открывали доску отцу на улице Грановского (теперь это Романов переулок), то одним из тех, кто выступил на том митинге, был Николай Анисимович.

– Вы более 40 лет преподаете в военном вузе, прекрасно понимаете, как важно воспитывать у молодых людей любовь к Отечеству…

– Чем дальше отодвигаются героические времена войны, тем важнее сохранить память о нашей истории. Мне по сердцу, что появилось движение «Бессмертный полк». Но я глубоко убеждена, что история всегда идёт через личность. Ведь именно через личное сопереживание люди начинают понимать, что этот герой войны – близкий им человек, член их семьи проливал кровь. «Фонд памяти полководцев Победы», председателем правления которого я являюсь, объединил потомков Жукова, Василевского, Рокоссовского, Малиновского, Бирюзова – около 60 семей. Мы знаем друг друга с детства, но, только когда организовали это сообщество, по-настоящему сблизились. Мне кажется, у нас общая судьба. Мы с трепетом относимся к наследию полководцев, храним их архивы и хотим рассказать о них правду, которую лучше нас не знает никто. Мы работаем с коллективами, с общественными организациями; проводим тематические вечера. Молодым людям очень нравятся подобные встречи. Важна связь поколений. Через музыку, фильмы, книги, интерактивные экскурсии, через личность – к подвигу.

Беседу вела Елена ШЕРШЕНЬ
Фото из личного архива Наталии КОНЕВОЙ


Визитная карточка

Наталия Ивановна КОНЕВА

Родилась 24 ноября 1947 года в Москве в семье легендарного полководца Ивана Конева.

Окончила филологический факультет Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова (1976).

Профессор кафедры языкознания и литературы Военного университета Министерства обороны Российской Федерации.

Председатель правления «Фонда памяти полководцев Победы».

Автор книг об отце «Маршал Конев», «Не про войну и про войну».

Кандидат филологических наук.


Визитная карточка

Иван Степанович КОНЕВ

Родился 16 (28) декабря 1897 года в деревне Лодейно Вологодской, а ныне Кировской области. 

В 1916 году призван в армию. Участник Первой мировой войны.

В 1918 году вступил в Красную армию, участвовал в боях против войск адмирала Колчака, атамана Семёнова.

Был комиссаром бригады, дивизии. Окончил академию имени Фрунзе (1926).

Командовал полком, дивизией, корпусом, 2-й Отдельной Краснознамённой Дальневосточной армией, войсками Забайкальского и Северо-Кавказского военных округов.

В годы Великой Отечественной войны командовал 19-й армией, Калининским, Западным, Северо-Западным, Степным (Вторым Украинским), Первым Украинским фронтами. 

Войска под командованием Конева участвовали в обороне Москвы, штурме Берлина и Праги.

После войны был командующим войсками Центральной группы войск (Австрия) (1945–1946), главкомом сухопутных войск (1946–1950,1955–1956), первым главнокомандующим Объединёнными вооружёнными силами государств – участников Варшавского Договора (1956–1960) генинспектором Министерства обороны (1960–1961, 1962), командующим войсками Группы советских войск в Германии (1961–1962) .

Был членом ЦК КПСС, депутатом Верховного Совета СССР с первого по восьмой созывы.

Дважды Герой Советского Союза (1944, 1945), награждён 7 орденами Ленина, орденом «Победа» (1945) и другими государственными и международными наградами.

Умер в 1973 году.

Похоронен у Кремлёвской стены.

18.05.2018